Галина ГУПАЛО. (1 февраля 2008)
Роман Виктюк:«Мой дом там, где есть хоть одна сценическая досточка»

Роман Виктюк:«Мой дом там, где есть хоть одна сценическая досточка»

Роман Виктюк.

Перед премьерой знаменитый режиссер дал интервью журналисту «Комсомолки».

Наш гениальный земляк, знаменитый режиссер Роман Виктюк прибыл во Львов всего на четыре дня и привез львовянам щемящий и пронзительный по красоте человеческих чувств спектакль «Эдит Пиаф», наслаждаться которым все желающие могли еще вчера во Львовской опере.

«Вас благодарил украинский режиссер Роман Виктюк!»

Мы сидели с ним в уютном львовском кафе и говорили о его жизни, жизни, наполненной любовью к искусству, к людям и этому многоликому миру, и складывалось впечатление, что мудрость этого человека излучает какой-то особый свет христианской любви и понимания истинных ценностей в этом жестоком и сумасшедшем мире.

- Роман Григорьевич, где вы чувствуете себя по-настоящему дома?

- Там, где есть сценический пол, - там и родина, ну хотя бы одна сценическая досточка.

- Вам не обидно, что даже на вашей малой родине, вас не всегда понимали и воспринимали, относились, мягко говоря, не очень толерантно к вашим спектаклям, да и вообще по жизни вам пришлось натерпеться от чиновников, но, несмотря на все перипетии – вы всегда позиционировали себя за пределами Украины как украинского режиссера. Почему?

- Расскажу вам одну историю. Когда-то министр культуры Украины Дзюба сказал мне, чтобы я, будучи на гастролях за рубежом, всегда говорил, что я украинец и прибыл сюда, как украинский режиссер.

В свое время мы прибыли на гастроли в Афины - пришли журналисты и телевизионщики ко мне на интервью, и я с тупостью ребенка из Западной Украины говорил им, что я – украинский режиссер. Они все это печатали в газетах и эти мои слова звучали в телевизионных эфирах. И вот настал день премьеры, и директор национального театра в Афинах спрашивает меня, какой флаг повесить на театре – русский или украинский?

Я отвечаю: «Той страны, посол которой приедет первым!». Между тем скажу вам, что посол Украины всегда молчал и никогда не поздравлял меня с успехом, каким бы грандиозным он ни был, а вот посол России никогда не забывал поздравить меня и проявить свое внимание.

Так вот, без пяти семь. Через пять минут – начало премьеры, а корзина цветов от посла России уже меня ждет. От украинского посла – ни звоночка, ни цветочка.

Приезжает посол России. И директор театра говорит: «Вопрос решен. Вывешиваем российский флаг». Прошу его подождать еще пять минут. От Украины – ни цветов, ни звонков, ни телеграмм. И над театром подняли флаг России.

Я был первым в то время режиссером, который приехал в Грецию от Украины. В конце спектакля артистам по традиции дарят подарки, которые надо разворачивать на сцене и показывать зрителям. Греки радовались, как дети. Дошла очередь и до меня. Греки выносят мне большой пакет, перевязанный лентой. И я, как хитрый украинец, ощупываю его и думаю: «На черта мне еще один свитер!».

Они требуют разорвать бумагу. Я разрываю – и там оказывается украинский флаг…

Артисты подбрасывали флаг, он летал над сценой, а я мечтал об одном – позвонить тогдашнему, уважаемому мной министру культуры Украины Дзюбе, и сказать: «Що ж це таке? Ви просили – я виконав. Відгуку – жодного». Я позвонил ему и услышал: «Мені соромно, пробачте», - сказал тогда Дзюба.

Во время Оранжевой революции мой театр был на гастролях в Нью-Йорке. Американцы не различают, где украинцы, где русские. Особой разницы для них нет. И вот после спектакля я вышел на сцену, поблагодарил за прием и закончил свою речь такими словами: «Вас благодарил украинский режиссер Роман Виктюк».

Двухтысячный зал встал и мне аплодировали как украинцу. Артисты плакали.

Аншлаг благодаря скандалу

- Вы оставались всегда достойным сыном своей страны, вот только страна относилась к вам не всегда, как к родному. И даже во Львове из-за вашего спектакля началась настоящая война. Но вы и здесь оказались на высоте. Как вам это удалось?

- Другими словами, вы хотите узнать, не затаил ли я обиды на земляков? Нет, я никогда не обижаюсь, потому что всегда отделяю чиновников от народа.

Спектакль, с которым я тогда хотел приехать во Львов, называется «Давайте займемся сексом». В Москве эта пьеса имела сумасшедший успех. Во Львов приехать с этим спектаклем не разрешили. Люди, которые запретили эту пьесу, взяли на себя право определять, что смотреть львовянам, а что не смотреть. Они не захотели ее даже прочитать, когда я прислал ее. Они ответили, что у них – «бездоганна думка», хотя пьеса в то время с большим успехом прошла в Киеве.

Я понял, что в этой комиссии тогда собрались люди «нехорошего возраста», и само слово «секс» их пугает. Я позвонил тогдашнему губернатору Мирону Янкиву, с которым я не был знаком, и все ему рассказал. И он, как умный человек, прекратил деятельность этой горе-организации, и мы все-таки играли спектакль во Львове. Гастроли прошли замечательно! Более того, я всю эту «группу протеста» пригласил на спектакль – никто не пришел. А львовяне нас прекрасно принимали.

Геннадий Хазанов сказал мне тогда, что я гениально подготовил наш приезд во Львов: «Вы сами себе обеспечили аншлаг благодаря этому скандалу!».

- Даря зрителю любовь, вы тоже испытываете счастье и, очевидно, считаете себя счастливым человеком?

- Безусловно. Я – народный артист Украины, я востребован и мне везет. И даже, несмотря на то, что на родине закрывали мои спектакли, не принимали меня и т.д. и т.п., я бы все равно вернулся даже в то далекое советское время, потому что без него - не было бы и меня.

Вы знаете, у американцев не принято ругать свою родину, страну, где ты живешь. Для них это дико. Так вот я тоже не хочу этого делать. Потому что я люблю Украину и ее людей и хочу, чтобы они жили в счастливой стране.

Кстати

«Эдит Пиаф» - уже во Львовской опере

- Спектакль «Эдит Пиаф», с которым вы приехали во Львов - тоже о любви. Что для вас это чувство и как лучше понимать ваши спектакли?

- Спектакль нужно чувствовать душой и сердцем и тем самым пробуждать любовь и потребность любить. Ведь самое главное в жизни – любить, любить себя, и потом только будут любить вас. В европейском городе, в моем родном Львове, к сожалению, отсутствует уровень европейского театра, и я хочу ему этот уровень показать, привить вкус к нему. Спектакль, который мы сегодня привезли, имел бешеный успех в Америке. Мы показали его во всех больших и малых американских городах.

Актеры, которые играют в нем главные роли, – Леша и Нино – волнуются. Они очень любят Львов и ожидают здесь восприятия тоньше, оглушительнее, нежели в Америке.

- Расскажите немного о своем детище, об «Эдит Пиаф».

- В главной роли занят Алексей Шкотов, которому 32 года (кстати, информация для девушек – он свободен), львовянин. Актер впервые вышел на сцену Львовской оперы, где когда-то блистала его бабушка Нина Шевченко (он внук заслуженной артистки Украины Нины Шевченко, мама его тоже – артистка). Поэтому у Алексея выход на эту сцену сопряжен с особым волнением.

Главную героиню спектакля - молодую грузинскую певицу Нино - я увидел в Большом театре и, услышав ее пение (она там пела Эдит Пиаф), я понял, какой период из жизни Пиаф надо воссоздать и в какой форме построить спектакль. Не было бы Нино – не было бы спектакля.

Вся пьеса – это диалоги с Эдит Пиаф, которых на самом деле никогда не было. Ведь солдат, который любил Пиаф и которого она помнила всю жизнь, встретился с ней один раз, ворвавшись в ее гримерку, где клялся ей в любви. Вскоре после этого он погиб.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт

робота автослесарь Харьковметео погодаТэйлор Лотнер фото