Марианна ПОПОВИЧ (20 августа 2009)
В закарпатских селах украинской политикой не интересуются.

В закарпатских селах украинской политикой не интересуются.

Фото автора.

Первым делом – скот

Утро тут начинается рано, часиков в 5 по киевскому времени. Впрочем, здесь – свое время, западноевропейское, на час назад. Первыми поднимаются хозяйки. И не от будильника, а от мычания коров. Поспать сельской женщине не удастся ни зимой, ни в воскресенье. Каждое утро буренки требуют, чтобы их подоили.

– Им же больно, – объясняет мне Илон-мама. Впрочем, она уже давно не доит коров – руки болят. А ведь она работала в местном колхозе (когда он еще существовал) дояркой. Доила каждый день 30 буренок. Сейчас доить бежит ее невестка. А бабушка заходит в хлев, чтобы пообщаться с животинкой. Она ее гладит, кормит хлебушком. А вот мне велят отойти подальше – корова может и боднуть. А о том, чтобы попробовать доить, и речи быть не может. Хоть и больно ей, но чужому молока не даст.

Приготовленные с вечера ведра с помоями хозяин и сыновья несут свиньям. Эти тоже хотят есть. Потом – в хлев, чтобы убрать за коровами и конем. Еще есть овцы. А вот птицу и кроликов покормит бабушка.

Словом, в селе действует строгий закон – сначала нужно покормить скотину, она не может сама взять. Потом можно заняться собой. Умыться, например. В доме есть водопровод и даже ванная. Но кто летом моется в ванной? Для этого есть вода в колодце. Натаскав достаточное количество воды для того, чтобы напоить животных, мальчики начинают обливать друг друга водой прямо из ведер. Достается и мне. Ушат холодной воды, вылитый мне прямо на голову, прогоняет остатки сна.

10 лет – уже взрослый

Возле порога меня ждет Ибоя с полотенцем.

– Хочешь, я их накажу? – предлагает она.

Уже на второй день своего пребывания здесь я поняла, что слово матери для детей – закон. Ну и что, что им уже за двадцать, ну и что, что старший через неделю женится? Мать сказала – и это даже не обсуждается. Илон-мама, например, несмотря на возраст сына, а Йонию уже 50, может взять за ухо и по­крутить, если не послушается. А что говорить о мальчиках?

Впрочем, взрослыми здесь дети начинают считаться в 10 лет. Это тот возраст, когда на ребенка возлагают дополнительные обязанности. В этом возрасте дети уже идут работать в поле. В этом возрасте девочка уже учится готовить, шить, ткать, доить. Ткут здесь половики. Конечно, в каждом доме есть ковры. Но именно эти домотканые половики почему-то очень ценятся за границей. Оттуда приезжают покупатели и берут огромными рулонами. Но ткацкие станки в домах расставляют после Рождества. 

Младшему сыну Йония было 10 лет, когда отец ему купил коня. Ну, это еще не был взрослый конь, а только небольшая лошадка. Но ответственность за животное была уже большая. Он должен был утром встать, накормить и напоить лошадку, убрать стойло, почистить коня, выгулять. Не было ли матери жаль поднимать утром такого маленького мальчика?

– Жалко было, но это его конь. И никто другой за ним ухаживать не будет. Он хотел коня, вот и должен за него отвечать. А как иначе я научу его ответственности? – втолковывает мне Ибоя прописные истины.

Оно и правда. Это вам не городской ребенок, который выклянчит у родителей собаку, а через некоторое время забывает даже выгулять ее. Конь в селе – не только ответственность, но и положение в обществе. Не в каждом хозяйстве есть конь. Но в каждом – надел земли, который нужно вспахать. Или что-то привезти с поля. И идут к маленькому мальчику соседи, просят помочь. Можно, конечно, и трактором. Но небольшой надел удобнее конем пахать. Да и телега привычнее.

Развлечения

Понятно, что сельские жители с утра до ночи работают. Но должны быть хоть какие-то развлечения?

– Дискотека есть в субботу. Телевизор можно по­смотреть, книги почитать. В церковь в воскресенье ходим. Ну и в гости к друг другу, – перечисляют нехитрые развлечения.

Телевизор в доме есть. Но смотрят его только по воскресеньям летом и длинными зимними вечерами. Ловит он только венгерское телевидение. А вот что творится в Украине, здесь не знают. Газет не читают – за ними нужно ездить в город. Украинские каналы тут не «берутся», да сельчанам и не надо. Да какие каналы? Здесь не ловит даже мобилка! Нет сети.

Книги – только на венгерском языке. В селе есть школа, и там учат только на венгерском. Все предметы – математика, биология, химия, география – на венгерском. Есть еще украинский язык как школьный предмет. В советское время изучали русский.

Я замечаю, что каждый вечер мальчиков заполнен домашней работой. А с девушками когда встречаться?

– В воскресенье после церкви пускай идут. Повезут своих девушек в город, сходят на мороженое – и хватит, – говорит Ибоя.

Неужели молодым людям хватает встреч раз неделю на несколько часов?

– А в другое время дома есть работа. И зачем мне невестка, которая, вместо того, чтобы помогать матери по хозяйству, бегает за парнями? Какая из нее жена будет? – девичья честь в селе все еще ценится высоко.

Вечерком, сидя на лавочке возле дома, Илон-мама начинает штопать шерстяные носки. Мол, скоро зима, понадобятся. Я рассматриваю эти дыры и заявляю, что уж легче новые связать. Ибоя тут же вскакивает, забегает в дом, а минут через 10 появляется с нитками и спицами. Так и у меня появляется развлечение – вязать носки. Оказывается, этого здесь делать не умеет никто. Мой авторитет в их глазах возрастает.

В тему

Идеальная жена - хорошо работает и мало говорит

На то, что к хозяину приходят разные люди, я не обращаю внимания. Все село уже знает, что в этом доме живет городская приезжая. В первые дни приходило довольно много различных кумушек. Теперь – поменьше.

 На мужчину, который принес чекушку и что-то обсуждает с Йонием, я не обращаю внимания. Они разговаривают по-венгерски. И тут звучит фраза:

- Хорошая. Работает хорошо и мало говорит, - мне показалось, или они действительно внимательно посмотрели на меня.

А за ужином вдруг Йони заводит разговор о соседе. Говорит, что хороший мужчина, не пьет, вдовец, детей нет, большое хозяйство. (Между собой в доме говорят по-венгерски, но при мне – по-русски). Меня этот разговор не задевает. Мне пока что все равно. Видя мое равнодушие, Ибоя приходит на помощь:

- Он свататься приходил. Ты ему понравилась.

Я не подавилась от этого известия только потому, что уже все прожевала.

- И что ты ему ответил на то, что я ему так понравилась? – я даже лица своего «жениха» вспомнить не могу.

- Сказал, что ты хорошо работаешь и мало говоришь, - отвечает Йони. И тут я понимаю, что же обмывали они час тому назад.

Как все, оказывается, просто. Чтобы тебя позвали замуж, нужно только хорошо работать и помалкивать. Идеальные качества для идеальной жены. Не важна твоя внешность, не важно образование, вкусы, мировоззрение. Не важно, какого размера грудь и длинный ли нос. Нужно только хорошо и молча работать. Даже скотине, и той разрешается мычать.

Впрочем, насильно меня никто замуж выдавать не собирается. Но очень рекомендуют. Так как в этом обществе каждая женщина должна принадлежать мужчине.

НА ЗАМЕТКУ

Как приготовить фруктовый суп по-венгерски

При сочетании слов «венгерская кухня» у большинства появляется ассоциация с красным жгучим перцем. Но это не так. Перец тут, конечно, кладут в большинство блюд. Но только не жгучий, а сладкий. И тогда суп или соус становятся красивыми, чуть-чуть розовыми. А маленький жгучий красный перчик может обжечь только того, кому он в тарелке попадется. Его бросают в борщ или в суп, уже когда заканчивают варить, для запаха и вкуса. Но это не означает, что весь суп станет огненным.

Едят здесь и вареники. Но только сладкие. Да и вообще, вареники с творогом или повидлом, блинчики сладкие – это не еда, а десерт, которым балуются после сытного обеда. С десяток блинчиков после литровой миски борща и такой же тарелки рагу с мясом нормальный мужчина съедает, даже не заметив.

Как я уже говорила в прошлый раз, сельский житель всеяден. Но я не смогла есть их любимых супов из фруктов. Если кто-то хочет попробовать, вот рецепт: берется с полкило спелых слив, черешен, яблок или чего там хотите. Заливается холодной водой и ставится на огонь. Добавляется по вкусу соль и две столовых ложки сахара. Потом литр сметаны смешивается с тремя ложками муки, чтобы не было комков. Все это осторожно (чтобы не створожилось) заливается в кипящий фруктовый суп. Все. Приятного аппетита!

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт